Остальные обитатели дома тоже сгрудились вокруг Скай и на все лады восхищались ею. Некоторые стали угощать ее сладостями, чего на самом деле лучше бы не делать. Сэм тоже потребовал свою долю внимания. Нил решил, что один разочек не повредит.

Мистер Брэдшоу стал рассказывать о том, какая Скай умная; Тому с Нилом оставалось лишь сидеть и терпеливо слушать. Сэм пристроился в ногах пожилой дамы, беспрестанно чесавшей ему за ухом и нашептывавшей разные нежности.

— Он может так сидеть до бесконечности, — сообщил ей Нил.

Тут Нил заметил, что с Томом творится что-то неладное: глаза у него расширились от ужаса, челюсть отвисла.

— Все пропало, — прошептал он.

Нил обернулся. У широких стеклянных дверей, ведущих из гостиной на террасу, стояла высокая женщина и внимательно следила за происходящим. Мальчику с испугу показалось, что в ней метра два роста.

— Это сестра-хозяйка, — упавшим голосом пояснил Том.

— Но ведь ты говорил, что она будет работать в своем кабинете.

— Говорил, — как эхо отозвался Том.

Сестра-хозяйка тем временем вышла на террасу. Ее тронутые легкой сединой волосы были собраны на затылке в аккуратный пучок, а темно-синее платье напоминало форму медсестры. Том поспешил к ней, Нил последовал его примеру.

— Добрый день, — произнесла она. Голос у нее оказался приятный, чего нельзя было сказать о выражении лица. — Кто это, Том?

Том изобразил жалкое подобие улыбки.

— Посетители, мэм.

— Я вижу, что посетители. Но ведь тебе известно, не так ли, что все посетители должны предварительно записаться в приемной?

Том упорно смотрел себе под ноги.

— Да, мэм.

— Это правило было введено не просто так. Многих наших пациентов очень легко огорчить, и потому мне нужно знать, кто их навещает.

— Да, мэм.

— Так представь нас друг другу.